Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

Рубрика "Вечерний чай с Натальей Ахмедовой" Клик на свечу снизу

Изменяя мир, начни с себя. Стань лучше!

Без БОГА, нация толпа, объединенная пороком,
Или слепа, или глуха, иль, что еще страшней, жестока.
И пусть на трон взойдет любой, глаголющий высоким слогом.
Толпа останется толпой, пока не обратится к БОГУ!

Мой сын  - "человек праздник"! Рекомендую на ваше торжество. Конферансье в 4-м поколении, автор и исполнитель развлекательных программ в любом амплуа.


Преподаватель высшей категории по эстрадно-джазовому вокалу и сценической подготовке Красноярского колледжа искусств имени Павла Иосифовича Иванова-Радкевича, создатель конкурса в поддержку одарённых людей с ограниченными возможностями 

"Вертикаль-Личность" Лауреат международного конкурса артистов эстрады - Наталья Викторовна Ахмедова-Вапаева

 

Поделитесь! Возможно,Вашим родным и друзьям нужно именно ЭТО!

Сертификаты и профессиональная деятельность (выборочно)

Кликабельно, переход на официальный сайт международного конкурса

Благослови меня, мама.

Опубликовано 30.11.2010
 

 
Я знала, что меня ждёт. На тёплый приём рассчитывать было просто смешно. Всегда успокаивает то, что ты не просишь, а, тем более, не требуешь, чего-то противозаконного, или фантастического. После моей атаки на учреждение, я была готова ко всему, только не к тому, что мне вообще запретят видеться и общаться с мамой. С этого всё началось. Мне привели её в сопровождении соц. работника Зоткиной Альфии Гаяновны и И.О. гл. врача Патраховой Татьяны Владимировны. Мама прекрасно выглядела, очень обрадовалась, улыбалась и на её лице я не обнаружила ни малейшего проявления грусти. Это тронуло меня больше всего, ведь её эмоциональное состояние для меня главное. Была одета хорошо, тепло, в пальто, тёплые войлочные сапоги, что я привезла ей в прошлый раз, и, как мне показалось в тёплые, новые колготки, надетые ей только что перед приходом ко мне. От подарка – нового теплющего халата мама была в восторге и тут же попросила помочь ей его надеть. Немного волнуясь, а может быть больше, чем я подумала, Татьяна Владимировна заявила о том, что во время нашего общения с мамой будет находиться соц. работник и время нашего общения ограничено до 2-х часов. Присутствие посторонних лиц, а, они, именно посторонние для нашей семьи, меня не смутило. Хоть это было и противозаконно, но, мне это было на руку. До поезда – 17 часов, сидите и слушайте. Потом, доложите всё это вашему главному соц. работнику Людмиле Петровне Еремеевой, которая, как это выяснилось позже в приватной беседе с ней, не за что здесь не отвечает, кроме как за передвижение душ в интернат, из него, и в мир иной. Но, относительно 2-х часов общения……………………..ТУТ УЖ, ПОЗВОЛЬТЕ ПОКАЗАТЬ ВАМ ЗУБЫ. Когда-то давно, от одной из своих знакомых я услышала выражение: «Не те ребята». Она говорила его всегда, если знала наперёд, что справится с любой трудной ситуацией. Я вооружилась этой фразой ещё тогда, уж больно она безобидная и в то же время, самоутверждающая. Вот её-то, в общем контексте моей речи, я и произнесла, потребовав предъявить мне основания для сего ограничения. Пошли за бумагой…..соц. работник устроилась на стуле и стала внимать нашу беседу с огромным любопытством. Я не разочаровывала её. Было всё, включая интимные стороны семейной жизни……. «Филькина грамота» не заставила себя долго ждать, ведь всё было давно приготовлено к моему приезду. Я прочла. В докладной на гл. врача интерната от лечащего врача Галины Викторовны сообщалось о том, что я ужасно влияю на свою маму, после чего она становится агрессивной…. Несколько строчек были в мою пользу, как бы, не совсем обидеть, ведь несут полную чушь, но, сфабриковано профессионально. Галина Викторовна, которой просто было в приказном порядке сказано написать эту бумагу, пыталась, таким образом, хоть как-то реабилитировать себя. Одного не учли. Всегда говорю о том, что нужно знать закон. Если уж и хотели избавить своё учреждение от моего присутствия, то это всё делается через суд. Местные, подобные бумажки, не могут являться основанием, для запрета встречаться с родственниками. Сотрудники, писавшие их, преследуют определённую цель – избавить учреждение от появления в нём Вапаевой, которая ведёт с ними разбирательство в отношении содержания её мамы в данном учреждении. Лица, представляющие руководство интерната, являются ЗАИНТЕРЕСОВЫАННЫМИ только в части ограждения себя от проблем, связанных с ликвидацией правонарушений в отношении содержания инвалидов, а на нравственно - психологический климат своих подопечных, в данном случае моей мамы – Иоакиманской Елены Олеговны, им просто наплевать. Лечение в подобных учреждений известно всем - Транквилизатор и, впадение в спячку, минимум на сутки. Если представить себе, что я действительно истязаю маму в моменты своего пребывания у неё, у нас есть суд, хоть и купленно- продаваемый, НО, СУД!!! А он, в свою очередь, должен опираться на заключения независимой комиссии ВТЭК, которая должна прибыть вместе со мной и засвидетельствовать состояние моей мамы после моего отъезда от неё. Мне такая комиссия не нужна, а, если она нужна вам, руководители интерната, оплачивайте и привозите. Понимая, что ребята оказались действительно не те, нас оставили в покое. Битва будет продолжена по этому поводу. Лик.без. они пройдут, консультации получат но, и я, вооружусь в следующий раз настолько, что зубы они об меня сломают. Не хочу писать про все остальные кошмары, они были, но, их стало меньше НАМНОГО. Хотя, об одном напишу. Мы находились в комнате для гостей 17 часов при температуре +12 , с отсутствием в корпусе горячей воды, чтобы можно было бы, хотябы периодически, ходить и греть руки. Около батареи сидеть было невозможно, холодный ветер от окна сдувал напрочь. Объяснением было то, что ещё не запустили котельную…. И действительно, что это я? На дворе зима, на дворе не трава, - 23, и, котельную запускать совсем не время. Душа и комнаты гигиены, чтобы привести себя в порядок, тоже не обнаружила. Ладно, я, у меня сутки, не лопну от грязи, а, как быть тем, кто приезжает к родственникам на трое и более дней. … Неважно, что приезжают только к 10% из 460 человек проживающих, но, условия –то нужно создать, как подобает. Было радостно, что мама спешила в свой барак, чтобы погреться в нём, в свою, как она уже привыкла говорить, комнату, где их теперь живёт трое, в том числе и Лариса, которая очень маме нравится и, которая ей во всём помогает. Меня греться в барак не пустили, сказали, что я могу быть заразной (со слов Людмилы Петровны Еремеевой), но ребята и тут оказались не те…. В этот раз всё обошлось, а в следующий, я вооружусь санитарной книжкой (ведь знала, была мысль забрать на два дня её из колледжа, осуетилась, не успела), но и свежими анализами по основным параметрам здоровья. Выйдя от гл. соц. работника, НЕ отвечающего Ни за ЧТО, я застала маму в бараке, гуляющей по коридору… она очень обрадовалась и сказала, что хочет картофельного пюре с котлеткой. Погода была просто восхитительной. Мороз и солнце!!!! 
 

Мы шли в самый «замечательный корпус» интерната, в вымороженную комнату для гостей, но, нам было всё равно очень хорошо вместе. Стоящая в комнате персонала микроволновая печь тоже не работала, а чайником мне пользоваться разрешали. Занимаясь приготовлением обеда, я рассказывала о нашей дружбе с Катариной, что она так и продолжается. Я «укутала» в горячем, разведённом Швейцарском пюре фирмы «Освальд» котлеты из красной рыбы и мы покушали с мамой. «Как вкусно! Как же вкусно!» - твердила постоянно она. Питание всё так же ужасное в интернате и мама, в присутствии соц. работника (пока она ещё сидела вместе с нами) ответила мне на все мои вопросы, в том числе и про питание. Сказала, что совершенно не вкусно готовят, правда, был вкусный как-то ужин, исправилась она. Для меня самым главным было то, что мама сказала: «Мне не скучно, всё хорошо!». Мы говорили так много, что я не припомню за всю жизнь, чтобы мы столько времени подряд разговаривали. 

 


Иногда, уставая от нагромождения, надетой на себя одежды, включая шапки, мы скидывали всё это, но, ненадолго. Я привезла маме её любимый фильм, запела основную мелодию, и она сразу же сказала, что это «Звуки музыки».
 

Я включила его, и мы смотрели вместе. Отметила то, что мама не вскакивала с места, не бормотала ничего, очень внимательно смотрела и была, как мне казалось, очень счастлива. Периодически к нам прибегали девчата, с которыми мы, уже по традиции, пили чай с пирогами, общались, знакомились с новыми подопечными интерната, которым так хотелось получить в подарок фотографию, о чём я их заверила и провела очередную фото-сессию. Леночка, изъявив желание сфотографироваться в костюмчике, рисковала заболеть, нос был краснющий, как будто только что с мороза, но желание иметь такую фотографию было сильным и бесстрашным. Пришедшие дежурные разогнали нас, но, мы успели сделать наспех одну общую фотографию.
 

Фотоаппарат был поставлен на подоконник, и я обратила в этот момент внимание сотрудников на приоткрытое, замерзшее окно. Надев на себя заново всё, что было только возможно, мы продолжили общение с мамой. Удивительно, но, рассказывая о своём житие-бытие, она поведала, что стала смотреть иногда телевизор. Спросила что? Ответила, что новости. Рассказала, как её, и ещё одну женщину, возили в рай.центр поиграть на фортепиано. Главный врач Сергей Владимирович был очень внимателен, остался очарован маминой игрой. Вспоминали приезд в город Эдуарда Хиля, который повлиял на мамину судьбу в части её изменения в работе. Рассказала всё до мельчайших подробностей, называя все имена отчества руководителей красноярской филармонии на год 1972(это отдельная история, я напишу о ней, обязательно). Вспоминали мамины письма в Киев известнейшему врачу, некому Юрию Алексеевичу, которые она писала, а я в свои 12 лет, не могла тогда понять, зачем? Папа смотрел телевизор в комнате, а мама писала письма….. Рассказала и эту историю до мельчайших подробностей. После чего я спросила её: «Мама, а если бы ты тогда……». Мама ответила, что никаких если не могло быть, у меня была семья… случись это ещё раз, поступила бы точно так же…. Настолько правильной была её речь, все мысли и чувства были логичны, выстроены….. её сознание гуляло, … вдруг, я начинала узнавать в маме ту, которая уже на протяжении многих лет жила в ней и мне становилось горько. Лгать не могла, обещать, дать маме надежду, что я смогу её когда-то забрать отсюда насовсем - означало предать её. В общении с ней постоянно фигурировало слово «если». Я ненавижу это слово, оно от лукавого, но, только учитывая мамино состояние, вынуждена была применять его. Я научилась быть за столько лет и психологом и психиатром. Переключить маму на любую другую тему для меня никогда не составляло труда. Очень много говорили о моих отношениях с Кямалом, о моей судьбе, о присутствии в ней мамы и о том, как мне важно получить её благословение на совместную жизнь с мужчиной моей мечты. Его объятия и добрые слова, были переданы ей слово в слово… Мама твердила: «Кямал – хороший человек!».
 

«Мамочка, ты хочешь, чтобы я была счастлива?» - смотрела я на маму и, понимая её заболевание, всё - равно рассчитывала на адекватный ответ………… Человек привыкает ко всему, это известно всем, фактор ВРЕМЕНИ и всё встанет на свои места. Я уезжала очень довольной. Маму проводила в барак, передала все продукты на хранение в холодильник, обняла, благословила и, глядя на уходящую от меня по коридору маму отметила для себя: «Она поспешила в свою комнату, единственное место в её жизни, где можно согреться, где постоянно рядом есть Лариса, которая поможет и защитит её».
Господь, Отец мой, всё во власти Твоей. Помоги нам всем, уповаю только на Тебя. Будь с мамой, береги её, продли дни её, дай здоровья и того малого счастья, чего ей на данный момент только нужно. Дай мне сил и правды мысли, ибо дОлжно мне пройти свою судьбу. Она в руках твоих. Благослови меня во имя сына твоего единственного Иисуса Христа. Аминь.